:живые и мертвые

Еще в свою бытность судебным репортером, я в один из дней взял себе за правило не называть в своих очерках настоящих фамилий ни осужденных, ни подсудимых. Теперь же, став писателем, это правило сделалось для мен я своего рода законом. К чему называть настоящий фамилии тех, кого читатель и сам без труда сможет узнать, если автор постарается описать ситуацию правдиво.
Начну издалека. Все люди, жившие когда-либо на земле, являлись и продолжают является объектами грандиозного космического проекта, который не может быть прекращен уже в силу того, что он никогда не начинался. Задуман этот проект был без учета временных и пространственных категорий. Если же говорить о целях и задачах этого проекта, то в ходе его реализации низкоорганизованное живое существо должно было превратиться в высокоорганизованную личность с рядом функций, присущих небесному отцу и одновременно главному руководителю данного проекта. До сего дня мы не находим во всей Вселенной ни одного подтверждения тому, что на одной из космических площадок данный проект мог быть успешно реализован. О причинах трагических финалов, именуемых в специальной литературе апокалипсисами, я скажу чуть позже.
Теперь же следует сказать о методах реализации данного космического проекта. Безусловно, методов изначально было два. Первый из них подразумевал наличие у низкоорганизованных существ животного страха. Дабы побороть этот страх перед грозным началом, которое низкоорганизованные существа именовали небом, последние, наряжаясь в звериные шкуры, танцевали возле разведенных ими костров, желая таким образом привлечь к себе внимание тех, кто руководил этим космическим проектом. Не исключено, что наши далекие предки очень часто неправильно называли имя главного руководителя данного проекта, равно как и то, что в их восклицаниях не содержалось нужного словесного кода. Одним словом, на каком-то из этапов страх должен был уступить место любви. Автор в рамках короткого очерка лишен возможности подробно рассказывать об истоках многих религиозных верований, но временной промежуток, в какой страх должен был уступить место любви, принято называть Новой эрой. Но не для всех, как мы это увидим, эта Новая эра смогла стать поистине новой. То здесь, то там отдельные лидеры, отбросив любовь, вновь с упоением возвращались к методам страха. К примеру, испанец Торквемада, о жизни и трудах которого мною была написана пьеса «Бедный Томас". Тут я вынужден буду прекратить перечислять имена сторонников отжившего метода, так как зарекся называть имена этих особ.
Теперь подведем первый итог. Лидеров, использующих в своей работе страх, мы в силу изложенных выше причин должны будем отнести к людям из далекого прошлого. В духовном и историческом плане эти пришельцы мертвы, но они сохранили способность хватать своими посиневшими пальцами тех, кто пока еще жив. Как же избежать смертоносных прикосновений всем тем, кто пока еще живы? Не хочу давать советов, но один пример приведу.
До сего дня многие исследователи жизни и творчества великого поэта и гражданина Янки Купалы озадачены вопросом: что стало причиной его самоубийства в июле 1942 года. Ответ на этот вопрос, как это часто бывает, лежит прямо перед глазами.
Оказавшись зимой 1942 года в осажденной Москве, Янка Купала встретился с такой удушающей атмосферой страха и ненависти, которая даже в нем смогла подавить чувство любви. На десятом этаже московской гостиницы Янке Купале вдруг вспомнились птицы. Те птицы, которые потеряв в неравной борьбе любовь, а вместе с любовью и силы, вдруг складывают свои крылья и камнем устремляются в объятия к своей матери - земле. Их примеру последовал и Янка Купала. Так нужно ли было поэту тем летом встречаться с теми, кто культивировал страх?
Ни один из космических проектов по превращению низкоорганизованных существ в высокоорганизованные личности не смог быть успешно завершен в силу того, что живые откликнулись на призывы мертвых. По примеру обычной житейской драмы, когда любящий спасает погибающего, а тот потом начинает сживать своего спасителя со света. А ведь Тот, кто ознаменовал своим рождением Новую эру, просил живых не приближаться к мертвым.